География О компании Услуги Контакты Информация  
 
Информация
Стартовая страница  
   


АРХИВ НОВОСТЕЙ
 
   
ПнВтСрЧтПтСбВс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      
 

ДОПОЛНИТЕЛЬНО
 
 


РЕКЛАМА
 



Обзор СМИ о ситуации в Красноярском крае за 14 марта 2005

Обзор СМИ о ситуации в Красноярском крае за 14 марта 2005

"Ректорский совет министру".

("Красноярский рабочий", 12.03.05, Юрий Чувашев)

Предстоящее реформирование системы высшего образования вызывает в обществе живейший интерес. Тем более что правительственные планы в этой части ещё далеко не ясны, а тем временем в Красноярске, к примеру, уже множатся варианты объединения и слияния вузов, делаются громкие заявления по поводу создания некоего Большого университета по западному подобию с 40-50 тысячами студентов. Остаётся надеяться, что прибывающая завтра в Красноярск представительная делегация Министерства образования и науки РФ во главе с министром Андреем Фурсенко поможет прояснить ситуацию и развеять многие опасения по поводу судьбы вузов региона. А накануне министерского визита, в четверг, в редакции нашей газеты прошло заседание за круглым столом с участием ректоров красноярских вузов. Им было что сказать, в чём вы сейчас и можете убедиться.

— Эдуард Станиславович, первый вопрос к вам, поскольку вы не только ректор СибГТУ, но и председатель совета ректоров красноярских вузов. Ваше отношение к принятому правительством в декабре прошлого года документу под названием "Приоритетные направления развития образовательной системы РФ"?

Эдуард БУКА:

— Действительно, правительство страны 9 декабря рассматривало вопросы стратегии развития образования в России до 2010 года. Окончательно это постановление не принято. В нём перечислено много направлений деятельности, в том числе и вопросы, касающиеся ведущих университетов страны. Тема эта обсуждается уже, пожалуй, в течение трёх последних лет. Изучаются разные позиции, в том числе и мнение, что нужно укрупнять университеты, как в США, чуть ли не до 100 тысяч студентов. Есть мнение, что в рамках того же Болонского процесса и развития высшего образования в Европе подобное объединение вузов не требуется.

Так что есть разные точки зрения на эту проблему. И на сегодняшний день они пока что не обрели никакого итогового оформления. Сейчас не ясно, как именно будет развиваться процесс. И, скажем так, в народе, в научных, образовательных кругах этот вопрос сегодня обсуждается. Причём в последнее время вопрос этот у нас в крае обострился в связи с объединением региона. В итоге Красноярский край вызвал интерес у правительства и в плане реформирования системы высшего образования, и к нам приезжает наш министр Фурсенко. Мы считаем, что это честь для высшего образования и науки Красноярского края, потому что министр едет далеко не в каждый регион, да ещё и с такой большой командой. То есть нас воспринимают в правительстве как очень серьёзный регион, со вполне сложившейся системой высшего образования и академической науки. Мы готовимся к этой встрече. Нам интересно, что скажет министр, выскажем мы и свои мнения об активно обсуждаемой в прессе перспективе объединения вузов.

По этому поводу я бы сказал так: никто из отечественной научной и вузовской общественности так вопрос не ставил, никто, вплоть до министра. Но у нас в крае сложилась сегодня такая обстановка, что этот вопрос обсуждается. Создана рабочая группа по подготовке механизма интеграции образовательных структур в крае. На встрече с министром мы будем рассматривать разные варианты. Докладывать как руководитель рабочей группы совета ректоров будет ректор КГТУ Сергей Антонович Подлесный.

Мы вспомним и подзабытый уже опыт, который хорошо зарекомендовал себя в прошлом. Например, у нас был региональный научно-образовательный комплекс, действовавший с 1992 года. Тогда все высшие учебные заведения были объединены в одно юридическое лицо с Академией наук. К сожалению, выход в свет Бюджетного кодекса три года назад не позволил осуществлять финансовые операции через региональный научно-образовательный комплекс, и мы его закрыли. А сегодня, на наш взгляд, встаёт вопрос о восстановлении этого комплекса с учётом необходимых поправок в Бюджетный кодекс.

Видим мы и многие другие возможности интеграции. Это объединение вузов с потерей юридического лица, когда каждый вуз становится, по сути, факультетом внутри единого огромного национального университета. Есть и ассоциативные основы. По закону о некоммерческой организации любые юридические лица могут объединяться и создавать общую инфраструктуру.

— А лично вы какой вариант объединения поддерживаете?

Эдуард БУКА:

— Речь идёт не о поддержке. Наиболее оптимальный вариант должен быть выявлен в ходе изучения этого вопроса.

У нас в стране ещё в 2000 году было принято постановление правительства о плане действий по модернизации образования. Этот план предусматривал создание университетских комплексов и университетских округов. Но к сожалению, с 2000 года по сей день нормативная база для создания этих объединённых структур так и не была разработана. В то же время и объединённый вуз может быть эффективен как структура, если он будет расположен где-нибудь отдельно, к примеру, на Взлётке, если там будет построен целый университетский комплекс, кампус. А потом все вузы перейдут туда, будут общие кафедры, общие факультеты... Это тоже вариант, который может рассматриваться.

Но мы опять-таки понимаем, что любая интеграция будет связана не столько с желанием объединяться, сколько с финансированием этого процесса и наличием необходимой нормативно-правовой базы. Потому что вне правового поля ставить вопрос об объединении нельзя.

И ещё одна очень серьёзная проблема. Уже известно, что в стране будет определённое количество федеральных вузов, число их сейчас обсуждается. Будет национальный университет, или, условно говоря, университет федерального округа. И будут вузы субъектов Федерации. Хотя не исключается даже, что всё будет оставлено так, как оно есть сейчас. Потому что никаких конкретных действий на правительственном уровне пока не совершается.

— Сейчас усиливаются опасения по поводу того, что реформирование высшей школы лишит многих доступа к качественному образованию. Вы можете развеять эти опасения?

Эдуард БУКА:

— Мы, ректоры, вполне можем это сделать. Сегодня вузы оказывают образовательные услуги и на бюджетной основе, и на платной. Нас сдерживает только лицензионный контингент. Если бы каждому вузу построить ещё по одному учебному корпусу, то мы тогда смогли бы обучать всех выпускников наших средних образовательных учреждений. Так что объединение вузов на той или иной основе не приведёт к прекращению предоставления каких-то образовательных услуг. Единственное, чего, конечно, надо опасаться, — это сокращение количества обучающихся студентов при объединении. Этого допустить нельзя, потому что это уже будет действительно ущемлением прав жителей края.

— Валерий Васильевич, а насколько вообще реально успешное соединение западных стандартов образования, той же двухуровневой системы, и требований Болонского процесса в целом с традиционным советско-российским отраслевым, узкоспециализированным принципом создания вузов?

Валерий КРАВЦОВ, ректор КГУЦМиЗ:

— Задача стоит такая: перевести всю экономику России на инновационной путь развития. Для этого требуется, чтобы человек получал образование в течение всей своей жизни. А не так, как сейчас: получил в молодости диплом и на этом завершил своё образование. Нет, отныне придётся учиться всю жизнь. И наша задача сейчас состоит в том, чтобы эту систему организовать, организовать едино. Поэтому набор студентов у нас в университете не сокращается, а даже ещё и увеличивается. Количество бюджетных мест, финансируемых государством, тоже остаётся на прежнем уровне. То есть доступ молодёжи к образованию никак не ограничивается и не будет ограничиваться, я в этом уверен.

Но есть и другая сторона проблемы — повышение квалификации, переподготовка, получение второго высшего образования. Мы будем вынуждены резко увеличить усилия в этом направлении. Но простое увеличение, как это нередко бывает в России, влечёт падение качества. И наша задача — во-первых, не допустить снижения качества образования, а во-вторых, на волне всех этих преобразований мы должны резко повысить качество всех уровней образования. Это и принятие внутренних систем качества, и модернизация лабораторий, и подготовка научных кадров. Кадры высшей школы тоже нужно готовить, они должны быть очень сильными, ведь именно они должны привнести западную систему образования к нам или нашу систему — на Запад. Мы никак не противопоставляем эти две системы образования. Да, так сложилось исторически, что у нас она строилась по отраслевому принципу, а на Западе — по общегосударственному, но задача ставилась одна — вырастить высококлассного специалиста. И главная задача Болонского соглашения в том, чтобы на базе собственного мощного европейского образования создать передовую по мировым меркам экономику в Европе.

— И всё-таки, смогут ли учиться в вузах те, у кого нет денег?

Валерий КРАВЦОВ:

— Поступали в вузы всегда по конкурсу, поэтому всегда кого-то отсекали. Но умных ребятишек — не важно, обеспечены они материально или нет, — любой вуз возьмёт. И вообще для поступления-то деньги не нужны, их никто не требует. Деньги нужны на другое. Мы должны сравнять не людей, а материальную базу и научный потенциал вузов. Вот одно из требований Болонского процесса — единые критериальные оценки. Однако в таком случае единая критериальная оценка требует и единой учебно-научной материальной базы, а это далеко не так.

Одно дело учить, например, металлургии в одном из китайских университетов, который является нашим партнёром, и совсем другое — у нас. Мы уже отстали от них заметно по материальной базе. Вот где требуются деньги, но это должна быть политика государства, политика повышения качества образования. Это должны быть наши научные кадры и наша материальная база, от такого подхода выигрывают все. А препятствий на пути к получению образования это отнюдь не ставит. Как человек прежде мог получить его, так он и впредь должен иметь такую возможность. Но с другой стороны, это не значит, что высшее образование должны получать вообще все подряд.

— Николай Иванович, вы за этим "круглым столом" единственный гуманитарий. Как с вашей "колокольни" видится будущее высшей школы?

Николай ДРОЗДОВ, ректор КГПУ:

— В советское время было жёсткое государственное распределение выпускников. И тогда, к примеру, на Диксоне, в Норильске в основном работали учителя, закончившие московские, киевские вузы, которых туда направляли. Тогда, по сути, был другой государственный заказ. Сейчас этого нет, и из Москвы или Благовещенска к нам вряд ли кто-то приедет работать. Да и наш учитель вряд ли поедет преподавать в Хабаровский край, это практически невозможно. Поэтому складывается региональная система образования. Вот почему и Федерация сбрасывает эту проблему на регионы, мол, вам нужно столько-то специалистов, вот вы там у себя сами и решайте. Потому-то процесс межвузовской интеграции и идёт сейчас во многих регионах страны, что регионы сами себя обеспечивают специалистами.

У нас нет сейчас такой сильной миграции населения, какая была в Советском Союзе, в эпоху тех же комсомольских строек, поэтому на первый план и выходит региональная система образования. И применительно к Красноярскому краю она должна включать три основных аспекта: доступность образования, его качество, которое в последнее время снижается в силу как объективных, так и субъективных причин, и успешность выпускника, то есть его карьерный рост. После окончания учёбы в вузе мы должны ещё некоторое время нести ответственность за своих выпускников. Здесь встают проблемы и трудоустройства, и помощи в правильной ориентации на рынке труда.

Наглядный пример: лишь 25-30 процентов выпускников Красноярского государственного педагогического университета работают учителями. Это не секрет. А почему они не идут в сельские школы, когда там остро нужны учителя? Да потому, что социальные условия таковы, что никакой выпускник, даже приехавший учиться из деревни по целевому набору, назад домой не возвращается и остаётся в городе. Поэтому наши выпускники работают в ФСБ, в структурах МВД, на таможне, во всех краевых телекомпаниях... Получается, что основой их профессиональной успешности стала учёба в вузе. Это важный момент.

И ещё. Болонское соглашение предусматривает систему непрерывного образования. В Южном федеральном округе сейчас создаётся университет непрерывного образования, потому что образование идёт начиная с детского сада и до глубокой старости, до так называемого третьего возраста. Детский сад — школа — ПТУ — техникум — вуз — аспирантура — повышение квалификации — третий возраст. Эту систему признал уже весь мир.

— Сергей Антонович, в вашем вузе очень активно ведётся инновационная деятельность. Можно об этом чуть подробнее, особенно с учётом того, что именно вы будете делать доклад на встрече с министром?

Сергей ПОДЛЕСНЫЙ, ректор КГТУ:

— Действительно, опыт ведущих стран мира показывает, что только инновационная экономика способна сделать государство процветающим. Поэтому у нас в России просто нет другого пути, кроме как формировать эту инновационную экономику, в том числе и формировать в крае региональный сегмент национальной инновационной системы. Исходя из этого и надо рассматривать проблему развития высшего образования. Инновационная экономика требует прежде всего творческих людей, поскольку она основана на знаниях и новых технологиях. Она требует подготовленного населения, не менее 30-50 процентов трудоспособного населения должно иметь высшее образование. Да и само образование тоже должно быть инновационным. Это подчёркивалось и в материалах, рассмотренных 9 декабря прошлого года на заседании правительства.

Исходя из требований подготовки специалистов для инновационной экономики, конечно, прежде всего нужно сказать о том, что есть международные показатели того, каким должно быть качество трудового потенциала. И особое внимание уделяется инженерным кадрам, потому что всё-таки именно они являются лидерами в формировании и развитии инновационной экономики. Кроме того, должен быть законченный инновационный цикл, в том числе и в вузе, в крупном, мощном техническом университете — от идеи до разработки. Может быть, не серийное производство продукции, но, по крайней мере, опытный образец должен быть создан. Для этого и нужно изучать потенциал разных вузов, с целью дальнейшей их интеграции и прохождения всего инновационного цикла от начала до конца.

Что касается подготовки кадров, то ведущие страны мира перешли уже на пятый технологический уклад — это сетевая экономика. Уже не важно, в какой точке земного шара разрабатывается новая продукция. Она может разрабатываться в Европе, а выпускать её будут в Юго-Восточной Азии. Мы входим в международный рынок, и мировое сообщество требует, чтобы мы адекватно воспринимали то, что делается за рубежом, и чтобы наши идеи там тоже воспринимались. А для этого нужно знать международные стандарты, великолепно владеть иностранным языком, иначе нас там просто не поймут. Нужно готовить специалистов, способных управлять проектами, вводить учебные дисциплины, которых раньше у нас вообще не было. Например, мы сейчас у себя, в техническом университете, открыли новое направление — "Инноватика". Это подготовка специалистов, прямо ориентированных на инновационную экономику.

Кроме того, вузам необходимы очень тесные связи с академической и отраслевой наукой и между собой. Эта проблема не нова для нас. С Геннадием Павловичем Беляковым, с Сибирским государственным аэрокосмическим университетом мы давно уже сынтегрированы в рамках Красноярского научно-образовательного центра высоких технологий. С университетом цветных металлов и золота и КГУ у нас интеграция в рамках консорциума, который ведёт по президентской программе подготовку менеджеров нового поколения.

Однако не надо замыкать проблемы вузов только на подготовку кадров. На самом деле вопрос более обширный, потому что вузы — это не только образовательные учреждения, где готовят кадры, но и научные центры, где рождаются совершенно новые идеи и технологии. Поэтому именно вузам принадлежит особая роль в инновационной экономике, так как они могут становиться интеграторами не только знаний, интеллектуального потенциала, но и различных современных технологий.

И очень важно выстроить стратегию грамотной интеграции вузов, Академии наук, отраслевых НИИ и инновационно активных промышленных предприятий. Нужно создавать структуры, которых раньше не было ни в одном вузе. Прежде всего это центр трансфера технологий. Все вузы, по крайней мере технические, и Академия наук заинтересованы в этом. Мы все заинтересованы в наличии центров, которые обеспечивали бы анализ, оценку востребованности инновационных продуктов. Речь идёт об информационно-аналитических центрах, центрах коллективного пользования. Нам очень интересно иметь единое информационное пространство, возможность доступа к мощным электронным базам данных.

Конечно, надо рассматривать разные варианты интеграции. На мой взгляд, очень интересен опыт Красноярского научного центра Сибирского отделения РАН. Однако общее мнение у ректоров красноярских вузов такое: это должен быть очень серьёзный интеграционный проект. Нельзя действовать скоропалительно, от этого мы ничего, кроме вреда, не получим. Нужен переходный период не менее трёх лет. А в рамках выполнения проекта, рассматривая разные варианты и изучая опыт зарубежных вузов, нужно пойти дальше, а не слепо копировать чужой опыт. И в итоге сделать нашу краевую систему высшего образования, может быть, самой лучшей в стране. Для этого есть все необходимые предпосылки, есть должный потенциал. Тем более что у нас в крае сложились совершенно новые взаимоотношения между вузами и Академией наук. Такой интеграции нет, пожалуй, ни в одном другом регионе страны.

— Геннадий Павлович, а ваша позиция по объединению вузов какова?

Геннадий БЕЛЯКОВ, ректор СибГАУ:

— Нам нужно сформировать региональную интегрированную научно-образовательную систему, которая обеспечивала бы инновационное развитие края. Нужно, чтобы это была самодостаточная система и чтобы основой её были все необходимые соответствующие подразделения, которые решали бы эту единую задачу. В принципе, правительство страны, наше министерство тоже озабочены этим, но, естественно, в масштабах всей России. Поэтому региональные особенности, к примеру Сибири, на федеральном уровне далеко не всегда известны и понятны. И зачастую, выдвигая в центре идеи — по ведущим вузам и прочие, — там начинают определять критерии для самих себя, для Москвы. А в итоге оказывается, что все ведущие вузы страны находятся внутри Садового кольца.

Нам нужно отстаивать собственные интересы, решать задачи развития экономики края. Понятно, что в министерстве есть определённые идеи реформирования системы высшего образования, но они, видимо, до конца ещё не проработаны. Вот мы как раз и хотим обсудить с гостями из Москвы наше видение всех этих проблем и варианты реформирования высшей школы, построения интегрированной системы образования. Мы, ректоры, считаем, что в принципе у нас должна быть такая единая интегрированная система с координацией деятельности всех научных учреждений и вузов. Необходимо создавать и инновационные структуры.

И вот ещё о чём мне бы хотелось сказать. Когда для продвижения неких идей начинают хаять наше высшее образование, это и обидно, и больно. Потому что на самом деле ситуация выглядит далеко не так. Я думаю, что надо, наоборот, защищать своё, отечественное высшее образование, так как за минувшие годы в этой сфере действительно сделано очень много. И по большому счёту мы готовим специалистов не хуже, а по многим направлениям даже лучше, чем в том же самом центре. Мы все — патриоты Красноярья, и при рассмотрении любого вопроса прежде всего исходим из интересов нашего региона.

Ещё одна проблема, требующая скорейшего решения, — это создание университетских комплексов. Это то самое непрерывное образование, когда начальное и среднее профессиональное образование объединены с высшим. Тема эта сейчас очень актуальна. Профильные колледжи и техникумы нужно объединять в составе единого университетского комплекса, хотя, конечно, на переходный период здесь тоже возможны различные варианты интеграции.

А вообще нужно бы уже сейчас закладывать в Красноярске будущий крупный университетский комплекс. Нужно определяться с территорией, разрабатывать серьёзный проект и потом уже постепенно создавать такой комплекс по западному образцу. Это задача, которая должна решаться серьёзно, поэтапно, при государственном финансировании.

"Во власть — стройными рядами".

("Красноярский рабочий", 12.03.05, Владимир Несяев)

Наибольшую активность масс на грядущем 17 апреля референдуме по объединению края стоит, скорее всего, ожидать там, где параллельно плебисциту пройдут также выборы в органы местного самоуправления.

На юге региона сразу в четырёх районах — Шушенском, Краснотуранском, Идринском и Курагинском — жители будут выбирать всех: глав территорий, посёлков, поселений, а также депутатов разных уровней, вплоть до сельсоветов. Но, безусловно, важнейшей выборной должностью там продолжает оставаться глава района, как главный распорядитель местных финансов, а также краевых субсидий, траншей и дотаций. И борьба за эти кресла обещает быть нешуточной почти повсюду.

Особенно в Шушенском районе, где действующему районному голове Владимиру Граубергеру будет противостоять директор местного ликёрно-водочного завода "Шушенская марка" Леонид Шорохов. Кроме этих явных фаворитов, заявления и подписные листы успели до 7 марта сдать в территориальную избирательную комиссию ещё четверо, кому, судя по настроениям здешнего электората, вряд ли что "светит". Хотя одним туром голосования, похоже, дело не закончится.

В Идринском районе баллотирующемуся на второй срок Александру Бондаренко пятеро его возможных соперников (ещё не все успели зарегистрироваться в избиркоме) тоже способны составить серьёзную конкуренцию. А более всего один из них — заместитель Бондаренко по сельскому хозяйству Владимир Велькер. Интриги в здешнюю кампанию явно добавит и то, что главой дотационного и во многих отношениях депрессивного муниципального образования решил вдруг стать некий предприниматель из Красноярска, доселе никому не известный. Но, как здесь поговаривают, с немалым "материальным ресурсом", что весьма существенно в данных обстоятельствах.

А вообще-то идринцы устремились во власть, что называется, стройными рядами. Так, на 15 мандатов в районном совете претендуют 40 кандидатов. Десять претендентов на то, чтобы занять довольно скромный пост главы Добромысловской сельской администрации.

Есть на юге и главы-"старожилы", которые, отработав два срока подряд, смело пошли на третий. И вполне могут рассчитывать на победу в очередной раз. Причём уже в первом туре, как это было четыре года назад у Ивана Сергиенко в Краснотуранском районе. Он и сегодня общепризнанный лидер среди всех подавших заявки в тамошний теризбирком.

А вот Леониду Марченко, "рулившему" Курагинским районом восемь лет без перерыва, придётся, по-видимому, сложнее. Не только потому, что в выборах примет участие, как минимум, шестёрка кандидатов (и, стало быть, победа в первом туре становится проблематичной). Район несопоставим с тем же Краснотуранским по численности населения, природным ресурсам, экономическому потенциалу, за контроль над ним стоит потягаться, не считаясь с финансовыми и прочими затратами.

"Весенние планы, как вы желанны!".

("Красноярский рабочий", 12.03.05, Эрих Пырх)

Восьмого марта бойцы спецназа ФСБ преподнесли своеобразный подарок российским женщинам, в особенности тем, чьи мужья и сыновья по долгу службы наводят конституционный порядок в Чечне. В ходе спецоперации убит, или, как сейчас культурно выражаются, ликвидирован, Аслан Масхадов. Тот самый Масхадов, который подписал с ныне покойным Александром Лебедем одиозные Хасавюртовские соглашения, одарив генерала буркой в знак дружбы и полного взаимопонимания. Тот самый Масхадов, который котировался на Западе как умеренный лидер сепаратистов, с коим можно и должно вести сепаратные переговоры в обход федеральных властей. Тот самый Масхадов, которого российская пропаганда за короткое время превратила из президента Чеченской республики в лидера бандформирований.

Трубить в фанфары по этому поводу вряд ли стоит. Россия увязла в Чечне надолго, и ситуация такова, что обезглавить противника — это ещё не значит уничтожить его. У гидры сепаратизма наверняка вырастет новая голова, возможно, не такая умная и влиятельная, но не исключено, что более горячая. Не перевелись ещё в Ичкерии колоритные типы вроде вечно живого Шамиля Басаева, который для наших силовиков стал трудной мишенью. Впрочем, теперь, видимо, и ему не поздоровится. Оказывается, спецслужбы разработали план уничтожения в нынешнем году главарей бандформирований. Давно пора — к плановой системе мы привычные, глядишь, управились бы с чеченской кампанией досрочно, а то вон она на две пятилетки растянулась. Главное, лозунги броские и бодрящие придумать. Вместо "даёшь Днепрогэс!" — "даёшь Басаева!", вместо "выполним пятилетку за три года!" — "ликвидируем Умарова к 23 февраля!".

Ну а в нашем крае самый популярный нынче лозунг — "объединим три субъекта Федерации 17 апреля!". Лозунг мирный и созидательный, так сказать, зовущий вперёд, а потому и не заставляющий делать протестные телодвижения. Одни не против "собирания земель", другим оно просто до лампочки. Недовольны в основном записные "самостийщики" да те, у кого за годы демреформ выработалась идиосинкразия на все выборы и референдумы, — "опять агитируют...". Да, агитируют, только на этот раз не агрессивно, а по-доброму так, по-отечески.

Губернатор Эвенкии Борис Золотарёв навещает малые посёлки и толкует с местным населением о прелестях воссоединения. Жители Таймыра пытаются внести свою лепту в федеральный конституционный закон, который должен установить особый статус двух автономных округов после объединения. Одна из инициативных групп (в крае они множатся по сей день) рассылает конверты с купонами, и таймырцы пробуют себя в роли законотворцев. Что характерно, их предложения, как правило, касаются отнюдь не юридического статуса Таймыра. Пожелания людей столь же просты, сколь и сложны, — увеличить прожиточный минимум, пенсии и зарплаты, восстановить северный стаж, уменьшить квартплату...

Эх, если бы удалось в одночасье реализовать подобные планы, скольких проблем можно было бы избежать! К примеру, работники ООО "Красноярские волокна" не грозили бы апрельской голодовкой в ответ на неполное погашение долгов по зарплате. "Сивинитовцы" не хотят получать свои деньги в час по чайной ложке, и пусть кто-нибудь попробует их в этом упрекнуть. Жизнь сейчас такая, что многих людей волнуют более приземлённые вещи, нежели многообещающее слияние трёх субъектов Федерации в один. Да и то сказать, много чего нам обещали, а что из того выполнено? И объединяться опять же лучше на сытый желудок, чтоб никому обидно не было, а то начнём считать монетки в кармане друг у дружки и проверять, у кого щи гуще.

Ну вот, получилось похоже на критику. Никак нет! Идею референдума всецело одобряю и считаю очень своевременной. А то ещё во враги запишут и переедут незаслуженно пропагандистской машиной. Вон как она без дела мается. "Ау, враги объединения, где вы?" — молчат, не дают ответа. То ли нет их вовсе, то ли затаились до поры до времени, коварные. "Агитаторам, горланам-главарям" остаётся только посочувствовать — скучно! М-да, это вам не губернаторские выборы. Впору устанавливать в чистом поле ветряные мельницы и на них отрабатывать боевые приёмы по примеру незабвенного испанского рыцаря.

Кстати, погода для такого рода упражнений — самое то. В начале весны порадовала красноярцев неслабой оттепелью, а аккурат к 8 марта ударили морозы и ветры загудели. Девушки на улицах только было ножки показали, как пришлось снова их прятать под зимнюю экипировку. Ничего, сердешные, не за горами настоящая весна, сбудутся и ваши планы.

"Анатолий Быков: "Всю жизнь буду помнить КрАЗ".

(Ведомости 14.03.05. Мария Рожкова)

Об экс-председателе совета директоров Красноярского алюминиевого завода (КрАЗ) Анатолии Быкове последние годы мало слышно. Переоценив свои силы, он в конце 90-х вступил в борьбу с краевым губернатором Александром Лебедем. Быкову пришлось прятаться за границей, а после того как Венгрия выдала его России, он два года провел в "Лефортово". В 2002 г. Быкову дали условный срок.

Пока следователи выясняли, готовил Быков убийство Вилора Струганова или нет, в пригороде Красноярска на площади более 10 га полным ходом шло строительство новой резиденции предпринимателя. Выйдя на свободу, Быков поселился в живописном месте на берегу Енисея и бросил алюминиевый бизнес. Со стороны может показаться, что пребывание в "Лефортово" "укатало" человека, который когда-то контролировал КрАЗ. "Он по-прежнему очень влиятельный и популярный в городе человек, народ его очень любит", — возражает соратник Быкова, депутат Заксобрания Олег Пащенко. Заместитель губернатора края Юрий Олейников говорит, что краевые власти не воспринимают Быкова как оппозиционера. "Мы знаем, что учрежденный им блок участвует в выборах по всему краю, но его политическая деятельность не вызывает у нас тревоги", — говорит Олейников. А в интервью "Ведомостям" Анатолий Быков сказал, что краевым властям не стоит расслабляться — у него серьезные политические амбиции, которые на данном этапе мешают выстраиванию его нового бизнеса.

— После выхода из "Лефортово" ваша жизнь круто поменялась. Тяжело чувствовать, что недавно ты был на коне, один из главных людей в крае, а теперь нет?

— Знаете, я за это время не изменился. Я везде был на коне, даже в тюрьме. Я побывал в 10 тюрьмах в Венгрии и России. В камерах со мной сидели разные люди, и любой из них вам скажет, что я всегда чувствовал себя лидером, тюрьма не сломила меня. А после тюремных гонений народ стал любить меня еще больше. Вы знаете, люди, из-за которых я оказался за решеткой, сделали меня самым известным человеком в крае и далеко за его пределами. Я был в Киеве, Ялте, Питере, во многих других городах — везде ко мне на улице подходят люди, здороваются, просят автограф, хотят сфотографироваться на память.

— Популярность ваша выросла, но бизнеса-то алюминиевого вы лишились. Почему, выйдя из "Лефортово", вы не стали бороться за восстановление вашей доли в КрАЗе, которая была размыта "Русалом" в ходе допэмиссии? Не стали рисковать, чтобы опять не оказаться там, откуда вернулись?

— Когда я приехал в Красноярск, то увидел, что завод полностью контролируется "Русским алюминием". При этом руководство компании действует исключительно в собственных интересах. Я понимал, что за компанией стоит государственная система и борьба с ней — это политическая борьба. Если бы я начал ее, это могло бы иметь негативные последствия и для меня, и для противоположной стороны. Я решил продать остатки своего пакета.

— Чем Анатолий Быков до "Лефортово" отличается от нынешнего?

— Я сам не изменился, но стал по-другому относиться к людям. Сейчас более тщательно отбираю людей, стараюсь привлекать в политику людей чистоплотных. Я хорошую школу прошел, стараюсь теперь не допускать ошибок.

— Какие воспоминания у вас остались о "Лефортово"?

— Самым тяжелым было осознание того, что ты находишься не на свободе, не можешь покинуть эти стены. Но все в "Лефортово", и моя жена, и адвокаты удивлялись, глядя на меня. Я не терял оптимизма, каждый день, какой бы ни была погода, выходил на прогулку, каждый день занимался спортом, чтобы не терять форму. Много читал.

— А Дерипаску вы простили?

— Я его забыл.

— Он лишил вас многого. Нет желания отомстить ему?

— Нет. Он был моим оппонентом, а не предателем, как некоторые мои бывшие соратники.

— Вы продали доли и в других компаниях, например сотовом операторе "СибЧелендж". Решили начать жизнь с чистого листа? Каким бизнесом стали заниматься?

— Я действительно продал доли в компаниях, которые уже не приносили мне доход. Деньги вложил в новые интересные проекты, построили завод "СКАД" — лучший в Европе по выпуску алюминиевых колес.

— Кто ваши партнеры по этому проекту?

— Бывший директор КраМЗа [Красноярский металлургический завод] Александр Кузнецов, другие специалисты, которых я знаю как исключительно профессиональных и деловых людей.

— А когда "СКАД" начнет приносить прибыль?

— Первую прибыль ждем к концу года, но сначала она будет символическая. К концу года завод выйдет на оборот $1 млн. Спрос на российском рынке — 3 млн шт., так что думаем построить рядом аналогичное производство. Правда, у нас уже появились проблемы: налоговая инспекция в прямом смысле слова житья не дает, проверки разные устраивает. Казалось бы, человек новое предприятие построил, создал 300 новых рабочих мест, власть с него за это пылинки сдувать должна, а вместо этого начинают палки в колеса ставить. Налоговики уже два суда проиграли, но все никак оставить нас в покое не могут.

— Они отказываются возвращать НДС по экспорту?

— Да, мы обратились в судебные инстанции и уже дважды доказали, что "СКАДу" надо возвращать НДС. Теперь налоговые органы, видимо, обратятся в Высший арбитражный суд. Но мы все равно добьемся своего.

— По какому поводу налоговая проверки устраивает?

— А нет никакого повода. Меня КрАЗ очень многому научил — я всю жизнь буду помнить КрАЗ, детям своим рассказывать буду. Именно там я получил экономическое образование как руководитель, организатор. Но все равно что-то ищут — может, теневой капитал Быкова, может, еще что.

— Помимо "СКАДа" какие проекты вы начали?

— У меня была идея построить в Красноярске завод по переработке мусора. Предложил администрации города, там с неохотой поддержали мою идею, и на этом все остановилось. Я подождал, обратился в Емельяновский район с аналогичным предложением, сейчас просчитываем предложенный проект.

— Почему вашу идею не поддержали?

— Сейчас мусор свозят на полигоны под Красноярском. Я спрашивал у чиновников: когда полигоны будут заполнены, куда вы будете свозить мусор — в городе оставлять, что ли? Очевидно, на их срок правления полигонов для захоронения мусорных отходов хватит. Я подумал, что, если это будет никому не интересно в Красноярске, я буду лоббировать эту инициативу в другом субъекте Федерации.

— Насколько я знаю, вы заинтересовались сельскохозяйственным бизнесом.

— Да, в 2003 г. специалисты в области сельского хозяйства, которые со мной сотрудничают, купили у государства контрольный пакет акций птицефабрики в Назаровском районе — АО "Владимирское". Но бывший руководитель и его команда не хотели покидать свои кресла, пришлось решать вопрос на законодательном уровне. Даже сейчас, когда новая команда молодых специалистов пытается сделать птицефабрику рентабельным предприятием и это начинает получаться, бывшее руководство все равно мешает работать. Два сезона подряд кто-то жжет сено, которое заготавливали на зиму. Наверное, они ждут, что к ним применят нетрадиционные способы.

— Вы думаете, вас провоцируют?

— Именно. Но мы не поддадимся на эту провокацию.

— Вы недавно купили село Глядено. Там все спокойно?

— Пока да. Это село я оформил в личную собственность. Там 3000 га земли. Но я его купил не для того, чтобы зарабатывать деньги. Я хочу провести там эксперимент. Планирую для ребят из Дома детства "Иван да Марья" построить в Глядено собственное жилье, дать им работу. Технику уже закупили, маленькие трактора, чтобы ребята сами могли обрабатывать землю, сажать картошку и другие овощи. Они смогут самостоятельно разводить лошадей и держать подсобное хозяйство. Я уверен: труд — это лучшее воспитание.

— Вам или вашим партнерам принадлежат другие сельхозпредприятия?

— Нет.

— Но вы хотели взять в управление другие птицефабрики в Красноярском крае.

— Хотел, не отдали. В период предвыборной кампании в Госдуму РФ в 2003 г. я объехал красноярские птицефабрики, которые готовились к приватизации, оценил их состояние. Я сказал краевым властям: не продавайте их, они рентабельны, отдайте мне их в аренду, и я покажу, как можно улучшить их работу, потом придет время, я выкуплю их. Но власти решили иначе — они во всем видят политическую подоплеку.

— В центре Красноярска напротив здания администрации завершено строительство большого бизнес-центра, который принадлежит вам. Во сколько обошлось строительство? Что еще вы строите?

— Я деньги не считал, это не моя работа. Есть специалисты, занимающиеся этим. А строительством и дальше хотел бы заниматься. Планировал в Красноярске построить центр современного искусства, медицинский центр, стадион, рынок, но городские власти затягивают выделение земли для реализации этих проектов.

— Почему?

— Не хотят, чтобы мой имидж улучшался на конкретных делах. Но ничего, мы все равно построим, не при этой власти, так при другой.

— А есть у вас более удачные проекты?

— Я участвую во многих компаниях, но люди, с которыми я работаю, попросили не упоминать их.

— Получается, что вам мешают вести бизнес и, по сути, переводят на нелегальное положение, если вы скрываете названия компаний, в которых вы участвуете, для того чтобы не навредить им.

— Отчасти да. Просто те люди, вместе с которыми я владею компаниями, не такие самостоятельные, как я, у них действительно могут возникнуть проблемы. Но они всегда рядом со мной, поддерживают мои проекты и рады нашему плодотворному сотрудничеству.

— А какой бизнес станет для вас основным?

— Строительный. Буду заниматься коммерческим строительством в Красноярске.

— Вы поддерживали мэра Красноярска Петра Пимашкова, а теперь он отказывается поддерживать ваши начинания.

— Я привык к ситуации, когда я привожу человека к власти, а он через некоторое время начинает действовать в своих интересах. Поверьте, мне лично от этих людей ничего не надо, пусть они работают на благо народа, не более. Я мэра поддерживал на выборах, а он отплатил мне тем, что с его подачи четырех моих единомышленников-одномандатников сняли с выборов в городской совет. С тех пор у меня с ним вообще нет никаких отношений. С Быковым можно играть в такие игры только один раз.

— Не рассматриваете ли вы возможность на следующих выборах мэра составить ему конкуренцию?

— Об этом пока рано говорить, хотя мне поступают предложения. Время покажет.

— Александра Хлопонина вы не поддерживали на выборах. Как оцениваете его деятельность?

— Он неплохой специалист, молодой, грамотный. Я поддерживаю заявления, которые он делает, но ведь есть еще и действия...

— А у него слова расходятся с делом?

— Совершенно верно. Для действий и поступков он еще молод. Наверное, именно поэтому обстановку вокруг себя воспринимает несерьезно.

— Не хватает опыта?

— В первую очередь, думаю, желания и понимания того, как нужно реализовывать правильные идеи. Да, многие из его команды получили хорошее образование. Если сравнивать команды Лебедя и Хлопонина, это небо и земля. Но если смотреть объективно, пока не получается у них сделать экономический рывок. По всем основным показателям в крае идет падение, ситуация медленно, но ухудшается. Вот решили повысить тарифы, чтобы пополнить бюджет. И это в крае, который больше всего в России производит электроэнергии! Но если уж повышать тарифы, могли бы сделать это за счет промышленных предприятий, не надо было взваливать эту ношу на плечи пенсионеров и стариков.

— А как вы оцениваете то, что делает президент?

— То, что происходит сегодня в стране, вызывает разочарование. Я никогда не мог подумать, что государство станет экономить на стариках, ветеранах, инвалидах. Я имею в виду монетизацию льгот, реформу ЖКХ. В других областях — медицине, образовании — тоже мало что делается. Президент говорит: у нас сегодня две проблемы — армия и сельское хозяйство. Я с ним согласен. Сегодня в армии творится произвол, но ведь ни одного генерала не разжаловали и не посадили за это.

— А что государство, по-вашему, должно делать?

— У власти должно быть больше воли и решительности, чтобы контролировать ситуацию в стране, главным образом через сбор налогов. Руководители заводов в Красноярском крае ведут себя так, будто бы идет игра, в которой они выступают в роли неких смотрящих за заводами: хочу — плачу налоги, хочу — не плачу. Когда я был руководителем КрАЗа, мы обеспечивали треть краевого бюджета живыми деньгами, на предприятии трудилось 15 000 рабочих. Сейчас ситуация на заводе совершенно иная: произошло повальное сокращение рабочих, уменьшились налоговые отчисления в краевую казну. Мне ставили в укор, что у меня нет специального образования, что я учитель физической культуры, но я всегда мог найти общий язык с экономистами, производственниками, убедить их и зарплату платить, и налоги, и содержать лучшую в городе социальную сферу.

— В одном из интервью вы сказали, что, если бы вам дали власть в крае хотя бы на три месяца, вы бы организовали сбор налогов в полном объеме. А как бы вы этого достигли?

— Не надо выдумывать ничего нового, надо просто убедить руководителей предприятий соблюдать законы. Я об этом писал в письме Владимиру Путину, когда его назначили и. о. президента. Я тогда находился в Венгрии. Я одобрял, что молодого, грамотного, энергичного человека, бывшего спортсмена поставили во главе государства. Он выходец из КГБ, государственный человек. Я думал, что он займет жесткую позицию, будет работать в интересах государства. Но уже который год ситуация пробуксовывает, трудно понять почему. В том же письме я писал, с чего надо начать. Необходимо посадить бизнесменов за стол переговоров. Президент пытался найти с ними общий язык, но время показало, что безрезультатно. Значит, надо искать другие пути решения проблемы.

— Так как их надо убеждать, чтобы они платили налоги?

— Надо собрать предпринимателей и поговорить с ними по-мужски, без представителей СМИ. Их Россия сделала супербогатыми людьми. Например, "Норильский никель" был куплен за $400 млн, а прибыль предприятия составляет $1 млрд. Нужно искать компромиссы, договариваться, чтобы владельцы активно участвовали в социальной сфере города и края.

— Ну, предположим, договорились, а они по-прежнему не хотят платить налоги, как их можно убедить?

— Есть методы убеждения, во всех странах их используют. Посмотрите, что в Америке за неуплату налогов делают? Необходимо позаимствовать способы воздействия у зарубежных стран.

— То есть надо в тюрьму, как Ходорковского?

— Надо штрафовать, наказывать и только в крайних случаях сажать в тюрьму. А с Ходорковским так не надо было поступать. Он создал одну из самых лучших нефтяных компаний. Надо было к нему другие методы убеждения применять. Заинтересовать его работать в России. Ради своей империи он, может быть, согласился бы.

— Идею назначения губернаторов вы поддерживаете?

— Полностью.

— Но вы же критикуете и федеральные власти, и краевые. Если президент неэффективен, может ли он назначить эффективного губернатора?

— Да, вопросы есть, но в этом случае президент будет отвечать за человека, которого он назначил. И ответственность за то, что будет происходить в регионе, будет лежать уже и на вертикали власти президента.

— После выхода из "Лефортово" вы пытались вернуться в большую политику, из-браться депутатом Госдумы, но ваши документы забраковали. Вы не считаете, что губернатор причастен к тому, что вас не пустили в Думу?

— Все было заранее спланировано. Быкова многие боятся — боятся честной и открытой борьбы, потому что знают, что в таком случае меня не победить. Но, как говорится в русской поговорке, кто старое помянет... Сейчас у меня с Хлопониным деловые отношения, между нами нет конфликтов. Да, я его критикую, я имею на это право: я политик, у меня есть свой блок и в Законодательном собрании, и в горсовете.

— Насколько сильно вы сейчас вовлечены в политику?

— Я серьезно занимаюсь политикой. Я уже получил самое высокое политическое образование, отсидев в 10 тюрьмах. За это время я прочел нашу историю, мне есть с чем сравнивать то, что происходит в наши дни. Я когда в Госдуму избирался, объехал весь край, побывал в таких глубинках, в которых электричества никогда не было. На меня там дико смотрели, они не знали, что за выборы такие идут. Поэтому я, как никто другой, знаю, как сегодня живут люди и как сделать так, чтобы их жизнь стала лучше.

— А появится ли у вас возможность воплотить в жизнь ваши идеи?

— Я выбрал свой путь. Мы зарегистрировали партию "Евразийский союз", хотим с низов создать партию федерального масштаба, которая будет добиваться объединения России, Белоруссии, Казахстана, других республик бывшего СССР. Будем двигаться вперед, народ будет нам доверять, в конечном итоге доверит нам и власть.

— Свое будущее вы связываете больше с политикой или с бизнесом?

— Для меня всегда была и остается на первом месте общественная жизнь. Я на благотворительность трачу денег больше, чем кто бы то ни было в России. Мне доверяет народ, и я чувствую ответственность перед ним.

— А возможностей купить крупное предприятие уже не осталось...

— Не в этом дело. У меня слишком обширное поле деятельности в разных направлениях, если бы я взял какое-то крупное предприятие, мне надо было бы бросить политику и заниматься только этим. На черный день я себе денег оставил. Для меня главная задача в жизни — оставить след. Я по улице спокойно не могу пройти — ко мне от мала до велика подходят, разговаривают, благодарят за помощь. Я построил пять храмов, каждый день люди приходят в храм, и многие из них помнят об этом.

* * *

БИОГРАФИЯ Анатолию Быкову 45 лет. После службы в армии окончил факультет физического воспитания Красноярского государственного педагогического института, три года работал учителем физкультуры в средней школе №2 г. Назарово под Красноярском.

В 1990 г. переехал жить в Красноярск, где основал фирму "СТМ "Строительство, технологии, металл". Братья Черные, которые в начале 90-х пришли на Красноярский алюминиевый завод (КрАЗ), привлекли Быкова к сотрудничеству. В 1996 г. он становится членом совета директоров КрАЗа, а в 1998 г. — председателем совета. Ему принадлежало 28% акций завода.

В 1998 г. избран депутатом Назаровского горсовета, через год — депутатом Законодательного собрания Красноярского края. Эти должности занимает до сих пор. На губернаторских выборах в 1998 г. поддержал генерала Александра Лебедя, но уже в следующем году разочаровался в новом губернаторе. Лебедь, со своей стороны, инициировал проверку деятельности КрАЗа комиссией МВД.

В апреле 199 г. Быков покинул Россию, а через несколько дней против него было выдвинуто первое обвинение (легализация денег, добытых заведомо преступным путем). Позднее Быкова обвинили в вымогательстве и нарушении правил валютных операций. В октябре 1999 г. он был задержан на венгерско-югославской границе и выдан России. В 2002 г. Мещанский межмуниципальный суд Москвы признал Быкова виновным в организации покушения на убийство и приговорил его к шести с половиной годам лишения свободы условно с испытательным сроком в течение пяти лет. В 2003 г. возобновляются слушания по делу об убийстве жителя Назарово Олега Губина, где Быкову вменяется соучастие в организации убийства. 1 июля 2003 г. краевой суд признал Быкова невиновным в этом преступлении.

"Некий акт" с 70 подростками".

(Газета. 14.03.05. И.Гурьева)

Провела красноярская милиция

Похоже, милиционерам в некоторых российских регионах не дают покоя "лавры" благовещенских коллег. В минувшую субботу "отличились" красноярские стражи порядка. В течение полутора часов милицейские патрули без видимого повода забирали всех молодых людей, появлявшихся на одной из улиц города. По разным оценкам, субботним вечером в "клетке" побывало от 50 до 70 человек. Вразумительных объяснений этой акции пока нет. Родителям объявили, что дети направлялись бить азербайджанцев. Сами подростки рассказывают, что в милиции их избивали, угрожали и заставляли говорить, что они скинхеды.

Первыми тревогу забили прохожие, на глазах у которых происходила странная облава. Около семи вечера на улицу Краснофлотская было стянуто восемь милицейских нарядов. Стражи порядка начали забирать всех молодых людей, попадавших в их поле зрения. Всего в Ленинский РУВД Красноярска было доставлено несколько десятков подростков: сами задержанные говорят, что их было не менее 70, ГУВД края приводит данные о 50 подростках 15-18 лет. Такому количеству задержанных даже не хватило места в изоляторе временного содержания, их пришлось собрать в актовом зале управления. Версии об этой загадочной "спецоперации" у милиционеров и задержанных самые разные. Как утверждают в ГУВД Красноярского края, накануне в милицию поступила оперативная информация, что "в Ленинском районе Красноярска вечером должна собраться большая группа подростков с неустановленной целью". Завидев большое скопление подростков, "в целях недопущения нарушений общественного порядка" сотрудники милиции были "вынуждены локализовать их действия и доставить в Ленинское РУВД для передачи несовершеннолетних родителям".

По словам представителя Ленинского РУВД, им также поступал сигнал о "неком акте, который может провести в Ленинском районе большая группа молодых людей". Однако ни в пресс-службе ГУВД, ни в Ленинском РУВД Газете не смогли сколько-нибудь вразумительно объяснить, в чем этот "некий акт" должен был заключаться. "Их же не так просто задержали", — возмутилась руководитель пресс-службы управления Ирина Мужецкая. В логике представителю ГУВД, безусловно, не откажешь. Однако сами подростки и их родители не разделяют уверенности милиционеров в собственной правоте. Один из пострадавших от "зачистки", старшеклассник Анатолий Коробков, рассказал Газете, что проходил с приятелем мимо здания РУВД, когда туда подъехал милицейский автомобиль: "Мы шли прямо по улице, мимо РУВД, когда подъехала машина и пацанов начали из нее выгружать. Один из милиционеров заметил нас, окликнул, нас загнали вместе со всеми и поставили к стенке". Школьник утверждает, что в милиции никто не потрудился объяснить, за что его задержали. К полуночи все подростки были отпущены "под расписку родителям". Мать одного из задержанных на условиях анонимности рассказала Газете, что ее сына в РУВД били и заставляли признаться в том, что он "скинхед и подбивал идти громить азербайджанцев". "Когда я забирала его, в милиции сказали, что он с группой других молодых людей устраивал драку с кавказцами", — говорит женщина. Сына пришлось отвезти к бабушке в другой район города. Заявлять в милицию об избиении ребенка мать не хочет, впрочем, как и другие родители.

В ГУВД о последствиях инцидента говорят весьма сухо: "В образовательные учреждения направлена информация о принятии воспитательных мер к подросткам и проведении разъяснительной работы". Правозащитные организации Красноярска также пока не комментируют ситуацию, так как "силовики в своем официальном заявлении не приводят статью, по которой произвели задержание. Это может быть уголовное или административное законодательство, но в любом случае должны быть объективные факты задержания, а их в официальном заявлении ГУВД нет", — пояснили Газете по телефону горячей линии по правам человека в Сибири.

Источник: ИА REGNUM-KNews






Красноярск BTL Studio

« предыдущая новость  |  следующая новость »

 
Copyright © 2002-2015,
Агентство стимулирования
продаж «BTL Studio»

Тел: +7 968 439 15 86
e-mail: studio@btl.su
Разработка сайта — ИнтекМедиа  Создание сайта:
«ИнтекМедиа»
CMS Aquilon. Система управления контентом. Content management system.  Технология:
 CMS «Aquilon»
 

При перепечатке материалов или использовании фотоматериалов ссылка на www.btl.su обязательна.